Анатолий Мигов (micoff) wrote,
Анатолий Мигов
micoff

Categories:

пятерка за коммунизм

В моем домашнем архиве хранится "Похвальная грамота"  - четыре класса начальной школы я закончил круглым отличником. Одну из своих пятерок я хорошо запомнил, это была пятерка за коммунизм.
Помню, как на уроке я бойко рассказывал, что "в 1980 году бесплатными будут квартиры, городской транспорт, обеды на работе и в учебных учреждениях, детские сады и ясли, санатории и лекарства..." Мне очень нравилась будущая жизнь при коммунизме. И еще было очень грустно от того, что мои родители могут не дожить до коммунизма, а если и доживут, то будут  совсем старенькими и, стало быть, совсем немного поживут в "светлом будущем".
Мы тогда жили на окраине Тюмени. Мимо дома возили на работу заключенных. Они стояли тесно набитые в кузова грузовиков с высокими бортами.
Бледные пятна лиц с темными кругами запавших глаз. Охранники, кутаясь в овчинные полушубки, держали наизготовку автоматы. Иногда проходил слух, что в зоне был побег, и отец с особой тщательностью проверял на ночь дверные запоры и засовы тяжелых оконых ставень. Что у нас могли взять? Железные кровати, некрашенные табуретки? Говорили, что после каждого побега в городе кого-то убивали.
Неподалеку от дома стоял ларек, где иногда торговали говяжими ребрами. Старушки, закутанные с головы до ног в тряпье, занимали очередь с вечера, топтались всю ночь на морозном ветру, разводили на снегу костер, бегали в дощатый сортир на нашем дворе. Когда я шел в школу, ларек уже открывался, и старушки свирепо выясняли: кто за кем стоял. По улице разносился  мат, иногда прерываемый визгом.

У пивного ларька часто можно было увидеть безногих инвалидов. Они ловко передвигались на самодельных тележках с колесиками из шарикоподшипников. Их пропускали без очереди. Мужики перед прилавком расступались. Прилавок был высоким, кто-нибудь брал у инвалида деньги и протягивал продавщице. Я сочувствовал инвалидам, и немного завидовал: они были на войне, они герои - на груди у них висели медали и ордена.
Мой отец тоже вернулся с войны инвалидом - подорвался на гранате - все тело было в шрамах от гранатных осколков, некоторые из осколков можно было прощупать сквозь кожу. Но руки-ноги были целы. В коммунизм он не верил. Но  разубеждать меня не пытался, просто иронически хмыкал, когда я с жаром объяснял, как замечательно всем нам будет при коммунизме.
В 1980-м коммунизм не наступил. Да я его уже и не ждал.
Детство кончилось. А вместе с ним ушла  способность не замечать неприглядную реальность и безоговорочно верить, что будущее светло и прекрасно, а мое поколение - это самые везучие люди на всем белом свете. 
Tags: о жизни
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 8 comments